ВОСПОМИНАНИЯ ОЧЕВИДЦА

(Владимир Решетов: Я обращался к нескольким нашим однокашникам. Откликнулся пока что один. Вот что написал Догалак Оспанов на мою просьбу вспомнить о «Вопле»)

В главном корпусе КазГУ на Кирова, 136 нам было удобно учиться: со всех сторон располагались заведения, в которых можно было на перемене перехватить пару стаканов портвейна № 12 (на худой конец – № 11), – в магазине «Кооператор», в кафешке, стоявшей вообще впритык к нашему корпусу, оригинального названия не помню, называли мы кафешку «Гармошкой» – из-за ребристого её забора, а если бегом, то и в буфетике пельменной. В этом буфете после лекций частенько сталкивались с преподавателями фотодела и техники производства и оформления советской газеты – самыми продвинутыми, как бы сейчас сказали, по части алкашизма. Мы смущённо спускались в общий зал пельменной и ожидали своей очереди вмазать по стакану в буфете (уточнение: «Гармошкой» кафе называлось из за пластмассово-волокнистой стены зеленого цвета, в качестве декора украшавшей стены и крышу этого заведения – В.Р.)

В главном корпусе КазГУ тогда учились не только мы, журфаковцы, – в бывшем здании Дома правительства Казахской ССР (между прочим, проект Ле Корбюзье!) в коридорах бродили студенты истфака, биофака, геофака и юрфака. Почти все они читали стенгазету «Журналист», занимавшую в длину бог знает сколько метров, и наверняка почти все они прочитали тогда первый и, кажется, ставший и последним номер стенгазеты «Вопль». («Вопль» не был стенгазетой и быть таковым не мог. Тут Догалак сильно ошибся – В.Р.)

Захлебнулся детский крик
И растаял, словно эхо …

(Из популярной в советское время песни «Саласпилс»)

Интересные пацаны учились на журфаке! Один чуть не довел до рвоты преподавателя-искусство- веда, спросив её, может ли он написать рецензию на концерт... лилипутов, будет ли ему это зачё- том? Другой, как сейчас говорят, озвучил название повести Стендаля как «Ванини Ваняти», мы думали, что «папу Мадзигона» (Михаил Иванович, немец, кстати, преподавал у нас зарубежную литературу – В.Р.) инфаркт хватит! Третий выдирал страницы из уникальных книг читалки Пушкин- ской библиотеки, был уличен, фотомордашка идиота висела в холле библиотеки, но был он из Мер- кенского района Джамбулской области, откуда был и декан наш, кроме того, «стучал» своему земляку-декану на старосту группы Гену Ни, который по доброте своей не отмечал нам пропуски лекций... и его не выгнали! Скорее всего, до секретаря райкома партии выслужился, журналистом там не ванини воняти...

А был еще такой (ныне покойный) парень, который в открытую мечтал стать кагэбэшником, и жутко переживал, когда его не взяли туда почему-то. Есть мысля, что он и стуканул на «Вопль». Ребят тогда изрядно потрепали – они рассказывали…

Лгать не буду, не помню, о чём там было написано, но помню, как было сделано, смеялся от души!

И уже тогда подумал, ну и на хрена надо было «органам» возню затевать?! Уверяю, крамолы не было! Могли бы и сами просто посмеяться, и стукачка предупредить, чтобы не отвлекал от ловли настоящих врагов государственной безопасности...

(Владимир Решетов: Как-то в разговоре по скайпу, узнав, что я был одним из основа- телей «Вопля», Догалак сказал мне с завистью: жалею, что не был с вами в одной ком- пании, было бы чем гордиться сегодня…)